Шарль-Фердинанд д’Артуа: принц, чья гибель изменила судьбу французской монархии
Происхождение и ранние годы
Шарль-Фердинанд д’Артуа (фр. Charles-Ferdinand d'Artois, duc de Berry) родился 24 января 1778 года в Версале. Он был младшим сыном графа д’Артуа — будущего французского короля Карла X — и принцессы Марии Терезы Савойской. Таким образом, Шарль-Фердинанд приходился племянником королю Людовику XVI и младшим братом будущему Людовику XIX, формально считавшемуся королем Франции в течение нескольких минут в 1830 году.
Детство герцога прошло при дворе Бурбонов накануне Французской революции. Он получил традиционное для принцев династии образование: изучал иностранные языки, историю, военное дело, верховую езду и фехтование. Уже в раннем возрасте его готовили прежде всего к военной службе, что соответствовало семейной традиции французских Бурбонов.
Однако безмятежная жизнь закончилась с началом революционных событий 1789 года. После падения монархии семья д’Артуа покинула Францию, а юный герцог оказался в длительной эмиграции.
Эмиграция и борьба против революционной Франции
На протяжении более двадцати лет Шарль-Фердинанд жил за пределами родины. Вместе с другими представителями дома Бурбонов он переезжал между германскими княжествами, Австрией, Россией и Великобританией, сохраняя надежду на восстановление монархии.
Хотя Шарль-Фердинанду так и не довелось проявить себя как выдающемуся полководцу, современники отмечали его личную храбрость и искреннюю преданность династии: Шатобриан в «Mémoires d'outre-tombe» (1849) называл его
«le plus brave des princes» («самый храбрый из принцев»).
Особенно тесные связи у него сложились с Великобританией. В течение многих лет Шарль-Фердинанд жил в Англии, где вокруг изгнанных Бурбонов сформировался своеобразный эмигрантский двор. Именно здесь он познакомился со многими будущими политическими деятелями эпохи Реставрации.
Возвращение Бурбонов
После первого отречения Наполеона в 1814 году Бурбоны вернулись во Францию. На престол вступил Людовик XVIII, а герцог де Берри впервые за долгие годы оказался на родине.
Во время «Ста дней» в 1815 году он был вынужден вновь покинуть страну, однако после окончательного поражения Наполеона при Ватерлоо окончательно вернулся во Францию.
При дворе Людовика XVIII Шарль-Фердинанд стал одной из наиболее заметных фигур ультрароялистского лагеря. В отличие от осторожного и прагматичного короля, герцог придерживался значительно более консервативных взглядов и выступал за максимальное восстановление дореволюционных традиций.
Несмотря на политическую активность, современники описывали его как человека живого темперамента, увлекавшегося охотой, верховой ездой, театром и музыкой. Он покровительствовал искусствам и поддерживал молодых художников, стремясь возродить культурную жизнь французского двора после бурных революционных десятилетий.
Брак с Марией Каролиной Неаполитанской
17 июня 1816 года герцог женился на принцессе Марии Каролине Бурбон-Сицилийской — дочери короля Франциска I Обеих Сицилий.
Этот брак имел огромное династическое значение. После того как стало ясно, что Людовик XVIII не имеет детей, а старший брат Шарля-Фердинанда, герцог Ангулемский, также остается бездетным, именно семья герцога де Берри стала главной надеждой династии на продолжение рода.
В первые годы брака супруги пережили тяжелые утраты: несколько детей умерли в младенчестве. Лишь дочь Луиза Мария Тереза, родившаяся в 1819 году, пережила раннее детство.
Покушение в Париже
Вечером 13 февраля 1820 года герцог вместе с супругой посетил представление в Парижской опере (ныне театр на этом месте не сохранился). Провожая жену к карете, он был смертельно ранен ударом ножа.
Убийцей оказался Луи Пьер Лувель — седельный мастер и убежденный бонапартист. Во время следствия он заявил, что сознательно стремился уничтожить старшую ветвь Бурбонов, поскольку видел в ней препятствие для будущего Франции.
Несмотря на тяжелое ранение, герцог прожил еще несколько часов. Историки Луи де Вьель-Кастель (Histoire de la Restauration) и Андре Кастело (Charles X) подчеркивали, что именно самообладание герцога в последние часы сделало его смерть политическим символом Реставрации. В мемуарах герцогини де Гонто, Mémoires de la duchesse de Gontaut, передано его обращение к близким:
«Je pardonne à mon assassin; qu'on ne le poursuive pas.» — «Я прощаю своего убийцу; пусть его не преследуют».
В Mémoires du duc de Rovigo (А. Савари) приведена еще одна часто цитируемая фраза:
«Je meurs content, puisque je laisse un fils.» — «Я умираю спокойным, поскольку оставляю сына».
«Le Moniteur universel» от 15 февраля 1820 года, описывая его последние минуты после покушения, зафиксировал его слова:
«Je suis blessé, mais ce n'est rien» («Я ранен, но это пустяки»).
Эти свидетельства совпадают по смыслу и показывают, что герцог до конца думал не о себе, а о семье и о будущем династии.
Ночью 14 февраля 1820 года Шарль-Фердинанд скончался в возрасте сорока двух лет. Смерть герцога потрясла Францию. Убийство наследника династии вызвало мощный политический кризис. Правительство усилило цензуру, ужесточило контроль над прессой и оппозицией, а влияние ультрароялистов при дворе значительно возросло.
«Дитя чуда» — рождение наследника
Особую драматичность событиям придало то обстоятельство, что герцогиня де Берри в момент убийства была беременна.
29 сентября 1820 года, спустя более семи месяцев после смерти мужа, она родила сына — Анри Шарля Фердинанда Марии Дьёдонне д’Артуа, герцога Бордоского.
Поскольку ребенок появился на свет уже после гибели отца, современники называли его l'enfant du miracle («дитя чуда») и l'enfant posthume («посмертный ребенок»). Для французских легитимистов он стал символом надежды на сохранение династии Бурбонов.
После Июльской революции 1830 года именно этот мальчик, известный впоследствии как граф де Шамбор, рассматривался сторонниками старшей ветви Бурбонов как законный король Франции под именем Генриха V.
Образ в истории
Хотя Шарль-Фердинанд д’Артуа не успел занять престол и не оставил значительного политического наследия, его имя неразрывно связано с последним периодом французской Реставрации. Историки нередко отмечают, что именно его убийство ускорило радикализацию политики Карла X, а последовавшие консервативные реформы стали одним из факторов, приведших к Июльской революции 1830 года.
Французский историк Луи де Вьель-Кастель писал, что смерть герцога «стала несчастьем не только для семьи Бурбонов, но и для всей монархии», поскольку лишила династию наиболее перспективного продолжателя рода.
Сегодня Шарль-Фердинанд остается одной из символических фигур эпохи между Французской революцией и Июльской монархией — человеком, чья личная судьба оказалась тесно переплетена с судьбой целой династии.
Память о герцоге де Берри сохранилась не только в исторических трудах, но и в культурном наследии Франции. Парфюмерный дом Rance 1795, тесно связанный с эпохой Наполеона и европейских монархов, посвятил ему аромат Rance 1795 Eau Duc De Berry. Композиция стала своеобразной данью уважения представителю дома Бурбонов, чья трагическая гибель оказала заметное влияние на политическую историю Франции XIX века.